Имя: (регистрация?) Пароль (забыл?):
Друзья портала:


Большая средиземноморская давка
После презентации турецко-иранских газовых проектов расширения поставок энергоносителей в Европейский союз из Азербайджана, Ирака и Израиля получили новый стимул для развития

Во время совещательного совета международного проекта Southern Gas Corridor (SGC) в Баку 12 числа председатель комиссии Европейский союз по вопросам энергетики Марош Шефчович и министр энергетики Турции достигли соглашения о проведении в Анкаре Энергетического саммита высшего уровня Турция — Европейский союз.

СГОВОРЧИВЫЙ ИРАН

Главной темой мероприятия станет разработка мер, которые необходимо принять для создания новых торговых газовых хабов на южных границах Европейский союз.

Впрочем, еще в конце 2014 года президентами Греции и Кипра был представлен проект расширения SGC за счет строительства еще одного газопровода — EastMed Pilpelines (ЕМР).

Планируется, что к 2017–2020 годам новая ветка пройдет от побережья Израиля к месторождению Aphrodite в Республике Кипр и далее будет соединена с газотранспортными системами Греции, Македонии, Болгарии и Румынии. Проектная мощность ЕМР — 8,5 миллиардов. м3 газа в год, и это существенный ресурс для Восточной Европы.

Из-за этого греко-израильский проект выглядит подспорьем для SGC, который ранее обещал принести Восточной и Центральной Европе до 20 миллиардов. м3 газа в год (по 10 миллиардов. м3 из Азербайджана и иракского Курдистана). Ожидалось, что коридор сможет охватить возобновление и модернизацию работы проходящего из Ирана в Турцию газопровода Тебриз — Эрзерум мощностью более 14 миллиардов. м3 в год, которая может быть увеличена до 60 миллиардов. м3.

Однако непосредственно связанные с проблемой эксплуатации этого газопровода женевские переговоры с Ираном о его ядерной проблеме и ослаблении торговых санкций Европейский союз и Америка против этой страны продвигаются медленнее, чем ожидалось. В связи с этим появление греко-израильского проекта ЕМР оказалось очень полезным для Европейский союз.

Инициированные Америка санкции против Ирана очевидно выгодны для Турции, которая, не являясь членом Европейский союз, может пользоваться торговыми ограничениями против иранской газовой компании NIGS, покупая у нее углеводороды для дальнейшей перепродажи ресурсов государствам Восточной Европы.

До недавнего времени Иран был категорически против такой схемы. Но все изменилось 3 числа, когда директор по международным связям NIGC Азизоллах Рамазани заявил европейской прессе, что Иран может транспортировать газ из Азербайджана и Турк­мении в Европу.

По словам топ-менеджера, подготовка соответствующей инфраструктуры может начаться только после устранения политических препятствий. Которые, судя по всему, и будут преодолены во время саммита Европейский союз — Турция в Анкаре.

НЕ ПОСТАВИМ, ТАК СОЖЖЕМ

Пока встреча готовится, Анкара и Тегеран уже нашли возможность перепродавать газ в условиях, если саммит завершится ничем, а санкции сохранятся. В частности, 6 числа иранская компания Arian Mahtaab Gostar презентовала проект строительства в Турции крупной ТЭС, которая будет потреблять до 1 миллиардов. м3 газа в год и производить 20 ГВт электроэнергии. (Для справки: общая мощность турецкой энергетики к 2014 году составляла 57 ГВт, из которых около 15 ГВт приходилось на газовые ТЭС.)

Уже известно, что Анкара планирует дополнительно импортировать не менее 25 миллиардов. м3 природного иранского и туркилометровенского газа в год. Часть этого ресурса будет продаваться иранскими компаниями в соседние с Турцией государства — Болгарию, Грецию и Румынию.

В такой ситуации Европейский союз со своим SGC оказался в довольно щекотливом положении. Пока через Турцию будут строиться газопроводы для поставки 20 миллиардов. м3 в год из Азербайджана и Ирака, Анкара с гораздо большим энтузиазмом возьмется за альтернативу, то есть перепродажу газа из Ирана и Туркилометровении в гораздо больших объемах — не менее 25–30 миллиардов. м3 в год. При этом сделка будет замаскирована под приобретение Турцией газа для «стратегически важных потребностей энергетики» (о чем свидетельствует проект строительства ТЭС), ведь такой статус позволяют обходить санкции, наложенные на Иран.

Ввиду такого стремительного развития отношений между Тегераном и Анкарой проект газопровода ЕМР выглядит одновременно и «спасательным кругом» для репутации Брюсселя, и существенным инструментом давления на Турцию. На первый взгляд EMP не идет ни в какое сравнение с ирано-турецкими амбициями. Ведь проектная мощность трубопровода лишь 8 миллиардов. м3 газа в год. Нарастить объемы до 28 миллиардов. м3 в год планируют в очень отдаленной перспективе, и то в случае, если к ЕМР соизволят присоединиться пока изолированные от Европы газодобывающие компаний Египта и Саудовской Аравии. В то время как Иран уже сегодня с помощью существующих газопроводов и в условиях еще не до конца ослабленных санкций способен поставлять не менее 14–20 миллиардов кубометров с реальной перспективой увеличить за короткий период мощность до 60 миллиардов. м3 и более.

ВСТРЕТИМСЯ НА КИПРЕ

В то же время сторонники проекта ЕМР с лихвой компенсируют его относительную ресурсную бедность мощным политическим фактором — вовлечением в этот проект Республики Кипр с ее достаточно крупным морским газовым месторождением Aphrodita (запасы оцениваются в 0,4 трлн. м3). Проблема Кипра и его шельфа — политический вопрос номер один для Турции, которая на протяжении десятилетий ежегодно тратит по $200 миллионов. субвенций на поддержку Турецкой республики Северный Кипр. После открытия месторождений газа в восточной части Средиземного моря энергетический фактор стал новым и чуть ли не главным стимулом для объединения Кипра на невыгодных для Турции условиях. Предыдущий план, разработанный под эгидой организация объединённых наций, сорвался из-за негативного референдума греческого Кипра в 2004 году. Но тогда еще не было месторождений. Нынешний план, разработанный весной 2014 года под эгидой Америка и Европейский союз, выглядит намного надежнее. Он как минимум стал более стабильным из-за постигшего в 2010–2012 годах Грецию и Кипр финансового краха. После того как Европейский союз спас их от дефолта, страны попали в финансовую зависимость от европейских банков. А значит, объединение острова и вовлечение его в международный газовый бизнес как никогда реальны.

Ввиду этих факторов и под угрозой утраты не менее $5,4 миллиардов., вложенных в Северный Кипр с конца прошлого века, Турция вряд ли пойдет на конфронтацию с Европейский союз и не рискнет начинать перепродавать иранский газ. И вряд ли решится тормозить SGC, обходя санкции проектами строительства ТЭС и организацией других подобных лазеек для легализации импорта энергоносителей из Ирана. Скорее всего, Анкара попытается использовать концепцию превращения Турции в главный «газовый хаб» Европы, в котором найдется место для всех импортеров: иранских, курдских, египетских, аравийских и российских.

По материалам: Комментарии

фото: Shutterstock
Прочтено - 510